Газета «Родина». Три дня в сентябре

Государственная Дума РФ восьмого созыва с большинством «Единой России», которое получено нечестным путём, начала работу. Кажется, зачем теперь ломать копья, когда ничего не поправить… Нет, нужно постоянно напоминать согражданам, кто и как пришёл к власти, тогда будет понятно, почему решения парламента антинародны.

На сентябрьских выборах я был членом УИК с правом совещательного голоса. Всего наблюдателей было пятеро: коммунист, два справедливоросса, один от ЛДПР и я. Один из первых двух ненужных дней начался с того, что коммунист Саша попытался установить видеорегистратор, но председатель запретил видеосъёмку.

На второй день прибывшая полиция разъяснила, что видеосъёмка не запрещается. Председатель УИК согласился, но через полчаса на участке появились четверо крепких молодых людей, которые бранились и угрожали наблюдателям. Председатель УИК во время конфликта спокойно сидел на рабочем месте, как будто его это не касалось.

Во второй день голосования произошла драка между членом УИК и кандидатом в депутаты в городскую Думу Кириллом Медведевым. Председатель УИК стоял в полуметре от места происшествия, но никак не реагировал. Полицией был составлен протокол.

В начале третьего дня пришёл мужчина, получил бюллетени и закричал: «Долой преступную власть! Долой Путина!». После этого порвал все бюллетени, кроме одного. На нём написал большими буквами: «Против Путина». И бросил этот бюллетень вместе с кусочками остальных в избирательную урну.

Главные события произошли после восьми вечера. Из того, как посчитали голоса, составили протокол и результаты доставили в ТИК, можно сделать вывод: ни председатель, ни секретарь УИК не знали правил работы комиссии.

Изначально нарушение произошло при формировании УИК. Члены комиссии с правом решающего голоса должны быть сформированы из выдвиженцев политических партий. От ЕР — два человека, от других партий — по одному. Остальные члены, принятые для обеспечения работы комиссии, должны быть с правом совещательного голоса. Этот принцип был игнорирован, в составе комиссии оказались просто послушные люди.

Следующее нарушение — запрет видеосъёмки. Почему? А потому что по ней можно посчитать количество лиц, пришедших на выборы, и пресечь возможность вбросов. Сразу стало бы ясно, что пришли не 85%, как было передано в ТИК, а 32% избирателей.

Явка равномерно распределялась по всем дням — примерно по 250 голосований в день. Общее количество проголосовавших 770, что и составляет 32% от общего списка.

Во время голосования было явное давление на членов комиссии с совещательным голосом. Один покинул участок сразу после грубого поведения молодых людей, которые появились в первый день. Председатель откуда-то узнал и передал полиции, что коммунист Александр служил в армии по контракту, согласно одному из пунктов которого, он не имеет права какое-то время после службы принимать участие в выборах.

Всего из комиссии выдавили троих наблюдателей. Остались двое — от ЛДПР и «Яблока». На последнего можно было не обращать внимание — «Яблоко» шло списком только в Госдуму. От ЛДПР была девочка, которую легко игнорировать.

Все члены комиссии сортировали бюллетени, вываленные из мешков за предыдущие дни голосования и из урн за текущий день. Я постоянно всех раздражал: когда они сортировали, изредка вставал и прохаживался по помещению, ведь сидел в комиссии три дня.

Председатель и иже с ним нудили: «Не ходите, вы нам мешаете!». Как я мог помешать, не понимаю. Вероятно, они надеялись, что после трёх дней моя нервная система будет на пределе, произойдёт срыв, начнётся истерика, и полиция обоснованно выведет меня.

Начали сортировать голоса за партии. По закону, делать это должен один человек и объявлять: «Голос за такую-то партию!». Оставшийся за столом председатель сортировал по партиям, но молча.

Собрав первую стопку, приказал принести мешок и начал складывать в него посчитанные бюллетени. Я потребовал в соответствии со статьёй закона показать общее количество этих голосов и сколько за какую партию. Председатель отошёл от стола, к нему подошли другие члены комиссии, начали сортировать по партиям опять молча.

Я подошёл к председателю, чтобы зачитать ему из памятки наблюдателя, как всё нужно делать по закону. Если наблюдатель сомневается в правильном подсчёте, он имеет право потребовать, чтобы ему показали количество бюллетеней. Также нужно заносить в таблицу карандашом количество посчитанных за ту или иную партию бюллетеней.

Председатель возразил — он это сделает в конце подсчёта всех голосов. Я привёл довод: лучше вначале написать карандашом с возможностью исправить, а потом обвести фломастером.

Ещё одно нарушение — бюллетени во время подсчёта должны оглашаться, одновременный подсчёт голосов по разным бюллетеням недопустим.

Подсчитанные бюллетени были упакованы в мешки и опечатаны без участия наблюдателей. Опять нарушение.

Спустя время секретарша начала записывать итоги голосования в таблицы, развешенные на стене, наделала ошибок и стала замазывать их белой краской. Мы с наблюдательницей от ЛДПР подошли к стенду и прочитали оглашённые результаты выборов на нашем УИК.

Удивило количество опущенных бюллетеней — 2 100 при посчитанных наблюдателями 770 (Я заранее знал: главное для наблюдателей — считать явку, в ней самое уязвимое место фальсификаторов).

Стало ясно, сколько было добавлено за правящую партию. Явка из 32% превратилась в 85%.

Ради чего это делается? Ради стабильности? Если бы к власти пришли коммунисты, была бы катастрофа?

Всё будто перевернулось с ног на голову. Посланцы партий лишены права голоса, их изгоняют за требование следовать законам.

Где принципы демократии? Народ не может контролировать выборы.

С другой стороны, есть связь с неким всемогущим центром, который полностью контролирует выборы и фабрикует результаты какие хочет.

Я хочу, чтобы Компартия пришла к власти законно, а не вооружённым восстанием. Зачем нам гражданская война? Но вместо того чтобы разрешать конфликты в обществе, власти плодят революционеров.

Мне даже председателя УИК не хочется обвинять, ведь он — винтик в огромной системе, опутавшей, как спрут, всю страну. Пойдёшь против системы — вылетишь, как пробка из бутылки. А тут тебе — сытый кусок, хочешь хорошо жить — вертись.

Процесс выборов в России вошёл в такую форму, когда можно просто наблюдать за происходящим спектаклем. Ты лишь зритель, ничего, что творится на сцене, изменить не можешь. Можно, конечно, взывать к совести, но какая совесть у прожжённых мошенников? Можно ли убедить свинью, которую оторвали от корыта, что жрать много нельзя?

«Когда вы нам дадите копии протоколов?» — спросил я помощницу председателя. Она уставилась на меня с немым вопросом: почему я ещё здесь? Оказывается, нужно ждать председателя, который должен был передать протокол в ТИК.

Члены комиссии, расписавшись, ушли. Остались председатель УИК, два наблюдателя и две девочки, оформлявшие документы, не считая понурой фигуры полицейского, сидевшего на входе.

Секретарша забыла коды от программ, пришлось вызывать специалиста Лёшу. Спустя время он появился и недовольно уставился в комп секретарши. Потом вдруг прочитал мне мораль. Оказывается, мне как пенсионеру нужно сидеть дома, а не шататься по избирательным комиссиям, я отнимаю у него время.

— Зачем все эти перемены! Вот я живу хорошо – айти-специалист.

— Ты живёшь хорошо, а пенсионеры в мусорных ящиках ковыряются.

— А вы зачем здесь? Сидели бы дома.

— Я выполняю свой гражданский долг.

— Между прочим, председатель доктор наук.

Выходит, если доктор наук приписал голоса, вроде как и не фальсификатор. Я ответил:

— А у меня два высших образования. Вы ему передайте, для его самолюбия будет легче, что его проверяет дважды бакалавр. А с такими, как ты, Лёша, мы никогда хорошо жить не будем.

Наконец отбыл председатель, вероятно, в ТИК. Он не отчитывался, наблюдатели для него были пустым местом. Интересный момент: в протоколе не стояли подписи наблюдателей — членов комиссии. И протокол из-за этого не мог быть действительным. Наблюдатель может написать возражение, но подпись поставить обязан. Видно, на наших «демократичных» выборах давно отказались от этой ерунды.

Когда на кону стабильность, за которую якобы борется власть, на самом деле разрушая государство, как можно одной рукой воровать, а другой укреплять руководство страной? Какое дело до подписей наблюдателей? По утверждённому плану, они должны были давно уйти с участка. Не ушли, и чёрт с ними! Будем считать, что ушли.

Это нигде не запротоколировано.

Мы получили с представительницей ЛДПР свои копии протокола — отметки за работу, которую невозможно было выполнить.

В чём задача наблюдателей? Написать жалобу, если были нарушения в ходе выборов, в судебном порядке инициировать пересчёт голосов. Но кому это было делать?

Коммунист Саша был практически ликвидирован, справедливороссы оказались вне игры. Вероятно, не выдержали психологического давления из-за нездоровой атмосферы в УИК. А оставшиеся и не были заинтересованы.

Жалоба в ТИК всё же была написана. Там были претензии к порядку подсчёта голосов и утверждалось, что явка была завышена в три раза.

Какая была реакция? Никакой.

Да и какое это имеет значение, когда уже звучали литавры победы правящей партии?

В.Н. СУЧКОВ,

независимый наблюдатель на УИК №124 Ставрополя.

Это письмо в PDF-версии газеты «Родина» 28 октября 2021 года на сайте ЦК КПРФа также на сайте Ставропольского крайкома КПРФ.

Ваш электронный адрес не будет опубликован.

5 × 4 =