Газета «Родина». Загадки жизни и счастье Феликса

Феликс Эдмундович Дзержинский (1877 — 1926), политический деятель. С 1917 — председатель ВЧК (с 1922 ГПУ, ОГПУ) и нарком внутренних дел РСФСР, в 1919- 1923 гг. один из организаторов кампании «красного террора», массовых репрессий в отношении противников Советской власти и «классово чуждых элементов».

Именно так о Ф.Э. Дзержинском пишут словари, вышедшие в России после буржуазной контрреволюции 1991 года. Очень даже простенько: не выдающийся политический деятель, а просто «политический деятель», а главное — организатор кампании «красного террора» и массовых репрессий. При этом наиболее совестливые авторы добавляют, что одновременно Дзержинский руководил ликвидацией детской беспризорности. С 1921 г. он — нарком путей сообщения, с 1924 г. председатель ВСНХ СССР. Кандидат в члены Политбюро ЦК с 1924 года.

В день 145-летия со дня рождения великого деятеля нашей партии, российского и польского государств Ф.Э. Дзержинского хотелось бы высказать о нём некоторые, как надеюсь, важные соображения.

Десять лет назад я уже писал статью именно по поводу его юбилея — тогда 135-летия со дня рождения. Но из той статьи, как оказалось, мало что можно взять для статьи о новом юбилее. Причиной тому — нынешняя позиция Польши в отношении России, а также некоторые новые оценки личности Дзержинского.

Вдруг открылись загадочные стороны его биографии, которые ранее как-то оставались в тени. Например: почему Дзержинский, воспитанный в польской, очень даже русофобской среде, сам не стал таким же русофобом? Почему он примкнул именно к РСДРП, конечно, интернациональной, но всё же в первую очередь русской партии? Почему, наконец, он так много сделал для России в самый трудный период её истории, когда можно было бы понаблюдать за происходящим со стороны, кто бы его — поляка — упрекнул за это? Но Дзержинский прежде всего считал себя коммунистом, а уже потом — поляком.

Ныне какие только эпитеты в адрес Дзержинского не циркулировали в общественном сознании. Самые распространённые — кровавый и железный.

Феликс «кровавый». Кто же ныне в России не знает этого определения? Уж тут-то противники Советской власти и коммунистов расстарались вовсю, чтобы выкрасить его личность в кроваво-чёрные цвета. И в первый же день «свободы» её сторонники бросились крушить и кромсать ненавистный им памятник Дзержинскому на Лубянской площади.

Но правда заключается в том, что сам Дзержинский лично никогда никого не убивал и не пытал. Да, он возглавлял орган защиты власти, без которого не обходится ни одно государство в мире. Он должен был отказаться от этой должности? Он и отказывался, и в итоге отказался, но, пока действовало известное решение партии, Дзержинский не мог его не выполнять. Нужно сказать, что врагам революции ещё очень повезло, что во главе ВЧК был поставлен, в сущности, гуманист по фамилии Дзержинский.

Изначально ВЧК, созданная постановлением СНК от 7 декабря 1917 года, состояла всего из сорока человек. В марте 1918 года было 120 сотрудников. Это уже потом в ответ на действия врагов революции появились тысячи. Были установлены следующие меры борьбы против врагов революции (просто-таки смешные!): конфискация, выдворение, лишение карточек, опубликование списков. Ни о каких массовых репрессиях изначально речи не шло, это сопротивление свергнутых классов было массовым, отсюда вытекали и действия ВЧК.

По своим принципам, по строю свой души Дзержинский менее всего был пригоден для роли диктатора или карателя. Он постоянно выступал за смягчение мер наказаний для арестованных. Это он сформулировал принцип действий и качества чекиста: «Холодная голова, горячее сердце и чистые руки». Мясник так не скажет.

И не случайно именно этот «каратель» возглавил комиссию по борьбе с беспризорностью. Не все знают, но именно он стал родоначальником советской подростковой педагогики, а А.С. Макаренко её продолжил и развил. Дзержинский писал: «Розга, чрезмерная строгость и слепая дисциплина — проклятые учителя для детей. Розга и чрезмерная строгость учат их лицемерию и фальши, учат чувствовать и желать одно, а говорить и делать другое — из-за страха». И вообще карать контрреволюционеров было даже не главным делом ВЧК. Гораздо важнее было защищать детей. Благодаря Дзержинскому были спасены 5,5 млн ребят, которые в итоге стали нормальными гражданами советской страны.

Феликс «железный». Если определение «кровавый» вызывает недоумение и возмущение ввиду крайней необъективности, то определение «железный» вызывает одобрение и удовлетворение, потому что это действительно так. Но чем объяснить железность Феликса? Здесь можно выделить два главных фактора — идейность и испытания, выпавшие на его долю.

Хорошо известны слова К. Маркса о том, что идеи — узы, из которых нельзя вырваться, не разорвав своего собственного сердца, это демоны, которых можно победить, лишь подчинившись им. В жизни Дзержинского именно такую роль сыграла идея социализма. Он писал: «Не стоило бы жить, если бы человечество не озарилось звездой социализма, звездой будущего».

Другой фактор железности Дзержинского — испытания. А это шесть арестов, три побега, одиннадцать лет тюрем и ссылок. Надо ли объяснять, что всё это было связано с риском для жизни и потерей здоровья, а одиннадцать лет заключений могли сломать любого человека, но только не Дзержинского. И он, как обновившийся, окунулся в советскую жизнь, полную опасностей, лишений и предельного напряжения сил. Партия ставила Дзержинского на самые трудные участки работы: борьбу с контрреволюцией, с разрухой на железных дорогах, с беспризорностью, на восстановление после многих лет войны народного хозяйства — всё это ложилось на плечи Дзержинского. Так закалялся его железный характер. Мне кажется, что если бы это потребовалось для интересов партии, он бы, не задумываясь, повторил подвиг Муция Сцеволы. Хотя ещё можно поспорить, какой же из этих подвигов был выше.

Феликс говорил, что он не умеет наполовину ненавидеть или наполовину любить. Но есть пределы и у железа. Дзержинский умер 20 июля 1926 года через три часа после гневной речи, произнесённой им на Объединённом Пленуме ЦК и ЦКК.

Феликс счастливый. Увы, такого определения Дзержинскому никто не давал, но так определил себя он сам.

Обыватель скажет: «Избави нас бог от такого счастья». Но Дзержинский действительно считал себя счастливым человеком. Обывателю этого не понять.

Вчитаемся в его слова:

«… Борьба, которая нас сюда привела (в тюрьму. — Н. Б.), является также борьбой и за наше личное счастье, за освобождение от навязанного нам насилия, от тяготеющих над нами цепей!».

«…В душе таких людей, как я, есть светлая искра… которая даёт счастье даже на костре». «…Быть светлым лучом для других, самому излучать свет — вот высшее счастье для человека, какого он только может достигнуть».

Вот таких людей выковывала революция — способных к счастью даже на костре, готовых излучать людям свет. Счастье народа — иметь для подражания таких героев, как Ф.Э. Дзержинский. Кстати, имя «Феликс» переводится как «счастливый».

Н.Ф. БОНДАРЕНКО

Эта статья в PDF-версии газеты «Родина» от 8 сентября  2022 на сайте ЦК КПРФ,  а также на сайте Ставропольского крайкома КПРФ.

Ваш электронный адрес не будет опубликован.