Газета «Родина». 75 лет Великой Победе. Когда солдаты плачут…

После прорыва блокады в целях окончательного разгрома врага под Ленинградом генеральное наступление на Ленинградском, 2-м Прибалтийском и Волховском фронтах началось 14 января 1944 года. Радость маленьких побед «местного значения» была крепко перемешана с горечью утрат.

«Наша 2-я стрелковая дивизия наступала в районе Подберезье-Тютицы. В деревне Большая Гора находился немецкий автобат, и мы захватили много оружия и автомашин. А в деревне Осия — артиллерийский склад. Но когда освободили эту деревню, увидели и другое: догорающий деревянный дом, а в нём — скрюченные трупы людей. Отступая, немцы сожгли здесь заживо сорок наших военнопленных.

В Лужском районе два полка нашей дивизии отрезали немцам путь к отступлению. И тогда обезумевшие от ненависти фашисты обрушили на нас всю мощь артиллерийского и миномётного огня. Мы были вынуждены отступить в непроходимое болото. Это болото сверху было под снегом, а внизу при 20-градусном морозе — вода. Мы — в валенках. Немцы держали нас в болоте трое суток, и немало наших бойцов замёрзли.

Когда вышли из болота, штаб своей дивизии нашли уже в 50 километрах от линии фронта в Луге. Нас, связистов, обслуживавших 261-й полк, уже списали как погибших, выпили ворошиловские сто граммов, поминая нас. Я был тогда командиром взвода. Нам выдали паёк и предоставили для отдыха три дня.

Все деревни в Ленинградской области были сожжены, только печные трубы остались. Фашисты, так и не прорвавшись в Ленинград, зверствовали в его окрестностях. В одной из сожжённых деревень из подвала вышел чудом выживший 85-летний старик и протянул нам угощение — тарелку с двумя картофелинами. В другой деревне на реке Нарве на улице лежала убитая женщина, по её телу при 20-градусном морозе ползал грудной ребёнок. Наши медики забрали его. Не знаю, выжил ли.

…Мы захватили Нарвский плацдарм и закрепились на нём, но кормить солдат было совсем нечем. Командир 192-го батальона связи капитан Невский отправил меня с солдатами в освобождённые уже места, где были большие озёра, чтобы наглушить рыбы.

В одной из деревень на опушке леса мы увидели свежевспаханное поле. Двенадцать женщин запряглись в плуг и пахали, как говорится, на себе. Ими руководила старуха. Я, солдат, прошедший всю войну, видевший гибель многих однополчан, их кровь, смешанную с землёй, слышавший свист пуль, вой снарядов и разрывы бомб, не мог сдержать слёз. Даже не представлял себе, что делается в тылу. А тут — вот она, Россия…

Наше многострадальное поколение пережило страшные муки. И когда молодые говорят «За что, мол, воевали?», я думаю, они просто не представляют себе, что такое фашизм. Гитлер обещал каждому своему солдату по сто гектаров нашей земли и по десять русских семей-батраков в придачу. Свободу сегодня не ценят, потому что тогда её не потеряли. Но дороже воли и Родины нет ничего на свете».

Из воспоминаний ветерана Великой Отечественной войны

И.И. БЕЛИКОВА.

Подготовила В.П. ЛЕНКИНА.

Новоалександровск.

Эта статья в PDF-версии газеты «Родина» от 23 января 2020 года на сайте ЦК КПРФ,  а также на сайте Ставропольского крайкома КПРФ.

Ваш электронный адрес не будет опубликован.

одиннадцать − 4 =