Газета «Родина». Сталин и крестьянство

В бытность свою генеральным секретарём ЦК КПСС М. Горбачёв сделал заявление о негативной роли Сталина в проведении реформы сельского хозяйства страны. Он заявил, что вождь неправильно оценил роль крестьянства, вследствие чего, как утверждал он, коллективизация была проведена с большими потерями и страданиями народа.

Так ли это на самом деле или заявление М. Горбачёва было мотивировано озабоченностью тем, как побыстрей провести деколлективизацию советского сельского хозяйства и обеспечить в СССР господство рыночной экономики, т.е. реставрацию капитализма?

Чтобы подготовить для этого почву, Горбачёву необходимо было выставить Сталина в роли губителя крестьянства, попутно опорочить советский опыт государственного строительства на селе. Новейшая история показала, что так и случилось, но роль Сталина в судьбе крестьянства в СССР нельзя опорочить примитивными рассуждениями обанкротившегося политика.

Роль Сталина в сохранении и развитии крестьянства в нашей стране можно проследить на примере коллективизации.

Из истории ХХ века известно, что одной из побудительных причин возникновения революционных настроений в России был нерешённый крестьянский вопрос. Не случайно одним из главных лозунгов Великой Октябрьской революции был «Власть — народу, землю — крестьянам».

Тяжёлое наследие, доставшееся большевистскому правительству от царизма в крестьянском вопросе, и наличие многочисленных проблем в аграрной сфере требовало от политического руководства страны, которое после смерти Ленина возглавлял Сталин, огромного напряжения сил, мобилизации значительных интеллектуальных и организационных ресурсов партии.

Несмотря на то, что крестьяне получили после революции от Советской власти в собственность свои земельные наделы и могли обеспечить себя продуктами, проблема снабжения страны продовольствием оставалась острой. Она в раннем СССР заключалась в том, что власть понимала: с нынешним уровнем развития сельскохозяйственной отрасли индустриальную державу не построишь (по крайней мере, за короткий срок, который был в запасе у страны до войны). Нужны были срочные изменения в экономике. Поэтому и пришлось вот так наскоком проводить сплошную коллективизацию и внедрять колхозы. Ведь, работая в колхозе и применяя технику, крестьянин сможет обработать и вырастить на порядок больше продукции, чем работая вручную на личном наделе. Но по этому вопросу в политическом руководстве страны после смерти В.И. Ленина не было единства.

К середине двадцатых годов в партии в вопросе проведения коллективизации в стране сформировались два отклонения от ленинской линии — левое и правое. В 1926-1927 годах левая зиновьевско-троцкистская оппозиция навязывала политику немедленного наступления на кулачество. Кроме того, троцкисты выступали за объявление гражданской войны против основной массы крестьянства, а именно — середняков (в то время они составляли 60% крестьянского населения).

Партия, её здоровое ядро, руководимая Сталиным, не пошла на эту опасную авантюру, т.к. знала, что серьёзные политики не могут позволить себе игру в наступление. В самом деле, кулак производил в 1927 году более 600 млн пудов хлеба, а продавал в порядке внедеревенского обмена около 130 млн пудов. Это довольно серьёзная сила, с которой нельзя было не считаться.

А сколько производили существовавшие тогда колхозы и совхозы? Около 80 млн пудов, из коих вывезли на рынок около 35 млн пудов.

Могла ли страна в то время заменить кулацкое производство и кулацкий товарный хлеб производством и хлебом наших колхозов и совхозов? Ясно, что не могла.

Что означало при таких условиях предпринять решительное наступление на кулачество? Наверняка — сорваться, усилить позиции кулачества и остаться без хлеба. Это ясно понимали Сталин и его сторонники в партии. Поэтому страна не могла и не должна была предпринимать тогда решительное наступление вопреки авантюристским декламациям зиновьевско-троцкистской оппозиции.

Одновременно необходимости проведения коллективизации сопротивлялись правые уклонисты — Бухарин, Томский и др. Вопреки глупым басням Бухарина о затихании классовой борьбы и о чудесном «врастании кулаков в социализм» последние начали вместе с народившейся прослойкой нэпманов-спекулянтов организованное сопротивление советскому правительству. При активном участии кулаков они тормозили закупки зерна, припрятывали в огромных размерах продовольствие в надежде нажиться на дефиците. Это наряду с плохим урожаем наносило тяжёлый удар по снабжению населения хлебом и приводило к голоду в городах и деревнях. Он случился в 1927-1928 гг. и был не по причине коллективизации или злой воли Сталина с большевиками, как это подаётся в умозаключениях современных историков-ревизионистов, плохо владеющих фактическим материалом, а рукотворным.

Кто же, как не Бухарин и его группа, выступили в партии в защиту интересов кулаков? Бухаринцы представляли распад кулацкого хозяйства как упадок сельского хозяйства и СССР в целом.

Против правого и левого уклона в аграрном вопросе активнейшим образом выступал Сталин. Если бы в партии победил «левый» (троцкистский) уклон, результатом стала бы реставрация капитализма в СССР. Поэтому партия была вынуждена до поры терпеть кулаков и проводить только политику ограничения их эксплуататорских тенденций, а не прямого уничтожения как класса.

Сталину повезло, у него не только был такой учитель-гигант, как Ленин, но и в отличие от высокомерных «левых» троцкистов и бухаринских «правых» уклонистов он был достаточно скромен, чтобы признать этот факт и верно следовать ленинскому курсу. Это не отрицает собственного и большого вклада Сталина в развитие марксистско-ленинской теории. И, что ещё более важно, в развитие социалистической практики, но подчёркивает: Сталин никогда не стремился «изобретать велосипед» или «заново открывать Америку». Из трёх программ по аграрному вопросу — троцкистской, бухаринской и сталинской — именно сталинская и обеспечивала сохранение крестьянства как особой социально-культурной группы.

В случае реализации планов Троцкого крестьянство было обречено на гибель от заготовителей зерна и западных интервентов, неизбежных при реализации авантюры революционной войны с Европой.

План Бухарина, грозивший перерастанием НЭПа в реставрацию капитализма, тоже ничего хорошего крестьянству не предвещал — как капитализм губит крестьянство, тогдашние сельчане знали по примеру столыпинских реформ, а мы сегодня знаем по реформам гайдаро-чубайсовским. Сталин и здесь выступил как прагматик, государственно мыслящий правитель, не желавший хаоса, в который погрузило бы Россию уничтожение самой многочисленной тогда социальной группы — крестьянства.

В 1929 году совхозы и колхозы развились до такой степени, что были в состоянии заменить кулацкое хозяйство. Сталин охарактеризовал изменения, произошедшие с 1927 года, как предпосылки, которые позволили партии поставить на повестку дня вопрос о проведении коллективизации. «Теперь у нас имеется достаточная материальная база для того, чтобы ударить по кулачеству, сломить его сопротивление, ликвидировать его как класс и заменить его производство производством колхозов и совхозов».

В 1929 году производство хлеба в колхозах и совхозах составляло не менее 400 млн пудов (на 200 млн пудов меньше, чем валовая продукция кулацкого хозяйства в 1927 году). Известно, что колхозы и совхозы дали товарного хлеба более 130 млн пудов (т.е. больше, чем кулак в 1927 году).

Сталин не погубил российское крестьянство, а, наоборот, спас его (хотя цели такой он перед собой не ставил, поскольку стремился к модернизации страны, а не к сохранению крестьянина как культурного типа).

Крестьянство в его традиционном в патриархальном виде в Советской России было обречено, как и в любой другой стране, вставшей на путь модернизации. Но если в странах Запада расплатой за модернизацию аграрного сектора стало фактическое исчезновение крестьянства, маргинализация и пролетаризация тружеников села, то в Советской России благодаря выверенной политике Сталина удалось провести модернизацию аграрного сектора, сохранив крестьянство в новом специфическом виде колхозного крестьянства. Добиться этого результата оказалось непросто.

Процесс коллективизации в СССР проходил сложно, во многих случаях с ошибками и трагическими перегибами. Отчасти этому историческому факту есть своё оправдание, поскольку не было у партии большевиков на тот момент выверенных практикой прописей, по которым было бы можно без ошибок провести коллективизацию, не было на местах подготовленных кадров, было сопротивление оппортунистов различных мастей, противились этому исконная консервативность и частнособственнические убеждения крестьян.

История проведения коллективизации и сохранение крестьянства, как любое масштабное историческое событие, всегда полно деталями. Изучая их, мы увидим громадную роль Сталина в успешной реализации этой судьбоносной работы. Он вникал в эти детали и активно вмешивался в происходящие процессы коллективизации. Как глава государства ориентировал органы управления на исправление допущенных ошибок и перегибов. Достаточно прочитать переписку Сталина с писателем М. Шолоховым о ходе коллективизации на Дону. 2 марта 1930 года в «Правде» опубликована статья Иосифа Виссарионовича «Головокружение от успехов», в которой он проанализировал причины перегибов в колхозном движении и осудил попытки коллективизации путём принуждения и применения силы.

3 апреля 1930 года он опубликовал в «Правде» ещё одну статью на ту же тему под названием «Ответ товарищам колхозникам». На вопрос, в чём ошибки, ответил: «…В неправильном подходе к середняку. В допущении насилия в области хозяйственных отношений с середняком».

Сталин, скупой на эмоции, сказал Гарриману, посланнику и ближайшему советнику Рузвельта, о том, какой период был самым трудным — коллективизация.

Возвращаясь в день сегодняшний, упомяну факт, когда отдельные учёныеэкономисты, овладев методами аналитического анализа экономики, стали строить модели, как можно было, избежав коллективизации и всех этих сталинских перенапряжений, подготовиться ко Второй мировой войне. Перепробовав всё, что им приходило в голову (примерно с десяток совершенно разных моделей), они обнаружили, что никакого другого выхода из ситуации, в которой СССР оказался в конце 20-х годов, кроме коллективизации, индустриализации и культурной революции, не было в принципе, потому что при любой другой стратегии мы пришли бы к началу Великой Отечественной войны, как Польша (с конными атаками на танки).

Истинным убийцей крестьянства стал Ельцин, выпустивший указ об уничтожении колхозов, против которых в перестройку была осуществлена пропагандистская кампания, представившая их как нерентабельную, «неправильную», «тоталитарную» форму хозяйства в противоположность «цивилизованному» фермерскому.

Однако слой зажиточных фермеров, кормящих всю страну, так и не сложился, деревня без колхозов погрузилась в деградацию и вымирание.

Довершил всё закон В.В. Путина, разрешивший куплю-продажу земли, результатом чего стали многочисленные рейдерские захваты бывшей колхозной собственности городскими бизнес-структурами.

С.А. БАНИШЕВСКИЙ,

член РУСО.

Ставрополь.

Эта статья в PDF-версии газеты «Родина» от 19 декабря 2019 года на сайте ЦК КПРФ,  а также на сайте Ставропольского крайкома КПРФ.

Ваш электронный адрес не будет опубликован.

два × 3 =