Газета «Родина». Как это было

К 140-летию со дня рождения И.В. СТАЛИНА

Горьким летом 1956 года по Всесоюзному радио был обнародован и озвучен доклад Хрущёва о Сталине, сделанный им на ХХ съезде партии. Люди слушали с такими же лицами, как 22 июня 1941 года — Заявление Советского правительства о нападении фашистской Германии. По недосмотру взрослых мы тоже слушали его. Доклад был таким жестоким, что, казалось, тебя секут колючей проволокой. После каждой фразы хотелось закричать: остановитесь, замолчите! Разве можно так позорить свою страну перед всем миром?! По сути, шельмовался самый героический период в истории СССР.

Как этого не осознавали облечённые властью люди, мы не могли понять. Надо совсем не любить Родину, свой народ, чтобы такой удар нанести по нашим идеалам, по авторитету Советского Союза.

Сколько людей отдали свои жизни за честь страны! Десятки лет после войны не могли сосчитать, сколько конкретно мы потеряли – цифра всё росла и росла.

Спросили бы хоть одного узника немецких концлагерей, какие муки надо было принять, чтобы не уронить чести и достоинства советского человека, не предать, не попросить пощады. Об этом мы знали из первых уст – отец по доносу украинского националиста был пленён 27 июня 1941 года и до апреля 1945 г. находился в фашистских лагерях на западе Германии и в Голландии.

И вдруг все жертвы были перечёркнуты одним махом. Как мы узнали позже, перед докладом вчерашние соратники Сталина вместе с Хрущёвым вышли к делегатам съезда с некоторым запозданием с красными возбуждёнными лицами. И всё же не остановили его…

Потрясённые делегаты, как писал исследователь русской и западной цивилизаций О.А. Платонов, думали о том, всё ли здесь правда, и как отделить действительную трагедию народа от злобных нападок и фальсифицированных обвинений, «выраженных в безобразной и неприличной форме.

Хрущёв без разбору очернил всю государственную деятельность, в том числе очевидные достижения Сталина».

Бывший советник Хрущёва Ф.М. Бурлацкий в своих мемуарах писал: «Смелости Хрущёва помогала его крайне низкая культура». Бурлацкий называл его «сильной личностью, едва затронутой цивилизацией», и приводил высказывание присутствовавшего на съезде консультанта отдела культуры ЦК КПСС И.С. Черноуцана: «Судя по всему, Никита Сергеевич в эйфорическом возбуждении сам не отдавал себе до конца отчёта в том, какой резонанс будет иметь его доклад внутри страны и за рубежом…

Вскоре после событий в потрясённой Венгрии Хрущёв решил дать отбой и включил тормоза. В присутствии Мао Цзэдуна снова начал воздавать хвалу Сталину».

Непоследовательность и противоречивость его позиций изумляет. В том же докладе на ХХ съезде Хрущёв говорил: «Если бы у нас в партии в 1928-1929 годах победила политическая линия правого уклона, ставка на «ситцевую индустриализацию», ставка на кулака и тому подобное, у нас не было бы мощной тяжёлой индустрии, не было бы колхозов, мы оказались бы обезоруженными и бессильными перед капиталистическим окружением».

Что касается внешней политики, то, как пишет Ф.М. Бурлацкий, «на протяжении «славного десятилетия» Хрущёв практически не пересмотрел ни одного крупного сталинского внешнеполитического шага».

Так для чего была развёрнута антисталинская истерия? Если для реабилитации безвинно пострадавших и восстановления справедливости, то почему Закон РФ «О реабилитации жертв политических репрессий» появился лишь 18 октября 1991 года, а справки о реабилитации члены семей, признанных кулацкими, на Ставрополье получили только в ноябре 1995 года?

Если надо было скорректировать пути достижения поставленных целей во внутренней политике, то для этого у руководства страны были достаточные возможности сделать всё спокойно и мудро.

По-настоящему острые проблемы в государственном строительстве были всегда. Они обсуждались, например, в закрытых письмах ЦК КПСС. Однако ни мудрости, ни исторической ответственности перед прошлым, настоящим и будущим у Хрущёва и бывших соратников Сталина, предавших его, похоже, не было.

После нашумевшего съезда советские люди не изменили отношения к Иосифу Виссарионовичу. Слишком много было сделано и пережито вместе с ним. С ним они строили, учились, воевали, горевали и побеждали. Уцелевшие в огне фронтовики, надорванные тяжёлым трудом женщины, стареющие в одиночестве матери, получившие на детей похоронки, слушали стенания о расстрелянных генералах и отправленных в лагеря троцкистах, а думали о другом.

О несравнимых по своему числу потерях рядовых граждан, без вины убитых на фронтах, замученных в фашистском плену, умерших в тылу от голода и непосильной работы во многом по недомыслию тех же генералов. Думали и о своих невозвратимых утратах.

Теперь у них отнимали весь смысл жизни, веру в то, что всё было не напрасно. Но никто с высокой трибуны съезда не пожалел их, не подумал, что будет с ними.

Однако сломить дух людей, победивших в такой войне, было невозможно. Пережив потрясение, они сделали вывод: эту нищую духом правящую верхушку нельзя воспринимать всерьёз.

На немыслимое оскорбление, нанесённое Родине, за которую стояли насмерть, они ответили всеобщим неуважением к кремлёвской команде.

Хрущёв стал для всех объектом насмешек: что бы он ни сказал и ни сделал, всё тотчас обретало анекдотическую окраску. Духовное единение людей с руководством страны, основанное на доверии, было разрушено и больше уже не вернулось.

Отношение к правящей элите складывалось по схеме «они и мы». Это отторжение ощущалось как сиротство: не верить ни во что было не в наших правилах. В то время моральную поддержку жителям нашего посёлка оказал своим поступком секретарь партбюро Дмитрий Васильевич Соломянный. Когда тайно от людей сносили по ночам памятники вождю и изымали его книги, он не позволил вынести из своего кабинета собрание сочинений Сталина. Об этом знали все. Авторитетный и раньше, Дмитрий Васильевич стал для всех, кто его знал, эталоном порядочности.

Ниспровергатели по своему скудоумию не понимали, что Сталин для советских людей – не просто вождь и Генералиссимус, а неотъемлемая часть каждого из нас. Не просто личность со своими плюсами и минусами, а такой же нерушимый символ, как Родина, как Победа.

В.П. ЛЕНКИНА.

Новоалександровск.

Эта статья в PDF-версии газеты «Родина» от 30 мая 2019 года на сайте ЦК КПРФ,  а также  на сайте Ставропольского крайкома КПРФ.

Ваш электронный адрес не будет опубликован.

девятнадцать − 5 =