Газета «Родина». Люди непрочной ненависти

Из всех оценок русского человека Фёдором Достоевским мне особенно нравится эта: «…ненависть мы всегда особенно презирали в себе. Русские люди долго и серьёзно ненавидеть не умеют, и не только людей, но и даже порок, мрак невежества, деспотизм… ну и все эти прочие и ретроградные вещи». Я не собираюсь никого агитировать, но полностью разделяю мнение писателя о том, что русские люди – непрочной ненависти.

У меня аргументов более чем достаточно. Не умеем мы долго ненавидеть, какое бы зло нам ни чинили.

Мой родной дядя Никита Иванович Бондаренко встретил 9 Мая 1945 года в Берлине, был ранен в голову, когда уже объявили о Победе. Кто-то из немцев-обывателей выстрелил в него в упор. Но ствол был, видимо, перегрет, и пуля застряла в лобовой кости. Дядя выжил. Как он отнёсся и относился к немцам? Говорил: «В атаке – убью, мирного – накормлю». Он умер в мирное время. Спился, потому что война его не отпускала ни на час. Каждую ночь в бреду поднимался в атаку…

«Вы кормили в Берлине немцев?» – спрашивал я его. Дядя отвечал утвердительно.

Нужны другие примеры? Русские спасли болгар от турецкого гнёта. И что же? В Первой и во Второй мировых войнах Болгария оказывалась в стане врагов России. Аргумент болгар, который приводил Достоевский: а кто вас просил нас защищать от турков, мы бы и сами с ними справились. За что русский солдат там погибал?

Где нет могил советских солдат? Ими усеяна вся Европа начиная с Испании.

Ныне на Западе сносят памятники русским и советским воинам-победителям. А ведь Европа, как минимум, трижды обязана нашему народу своим спасением – от Чингисхана, Наполеона, Гитлера. Но удивительно другое: как реагирует Россия на этот вандализм? Она сожалеет…

Прав Достоевский: нет у нас прочной ненависти. А нужно бы объявить все памятники погибшим воинам российскими национальными святынями. И предупредить гробокопателей, что прах наших погибших солдат – государственное достояние, мы его будем защищать всеми средствами. Лидирует в вандализме Польша, где погибли, как известно, 600 тысяч советских воинов. Что сделала Россия для их посмертной защиты? Ограничилась словесными осуждениями.

Защитить могилы предков – наше святое право. Никто не смеет крушить монументы эпохи, им не принадлежавшей. Поразительно, но историю – нашу с вами историю – переписывают какие-то заграничные князьки. А мы им руку подаём…

Но во всём ли прав Достоевский? Его утверждение, что русские – люди непрочной ненависти, относится преимущественно к простому народу, людям, скорее, бедным, чем богатым.

Что касается богачей, то они обладают, напротив, очень прочной ненавистью, передаваемой из поколения в поколение. Кажется странным и удивительным, что Советская власть была свергнута так поздно – лишь в 1991 году. Откуда появились люди, ненавидевшие коммунистов? И куда пропала диктатура пролетариата?

С диктатурой всё понятно: КПСС сама отказалась от неё, сделав вывод о превращении СССР в общенародное государство. Был забыт лозунг Ленина о том, что всякая революция лишь тогда чего-нибудь стоит, если она умеет защищаться.

Трудящиеся СССР забыли о той части населения, которая имеет очень долгую память на зло, т.е. обладает прочной ненавистью. И эти люди никуда не пропадали, даже умирая, они завещали своим наследникам борьбу с коммунистами. Многие помнят, как В. Жириновский публично сетовал: кто-то из его предков владел, кажется, мельницей, но коммунисты эту мельницу отобрали. Он этого не может забыть и простить. И таких жириновских для свержения Советской власти набралось достаточное количество.

Картина вырисовывается следующая: одни копили ненависть, а другие о ней забыли и утратили чувство угрозы для власти трудящихся. О классовом гнёте они знали лишь по книжкам, а потом появилась возможность испытать его на себе.

Но произошло самое страшное – власть утрачена…

Русские общечеловеки. В своей знаменитой речи при открытии памятника А.С. Пушкину в Москве Ф.М. Достоевский назвал русского человека общечеловеком, за что был подвергнут резкой критике. Главное обвинение состояло в том, что он возвысил русского человека на неподобающую высоту: русский выше какого-то европейца? Эхо этой критики слышно и сегодня. Нас, русских, кто только не обвинял в нецивилизованности, а теперь к общему хору подключились и многие украинцы.

И всё же Достоевский был прав в своём выводе об общечеловечности русского человека. Он сам признавал, что познал людей до такой тонкости, которой мало кто достигал вообще. Ему можно верить. Не пропали даром четыре года каторги, семь лет ссылки и четыре года жизни за границей. Конечно, как писатель Достоевский прежде всего изучал людей. И русских он отнюдь не только хвалил, но и хлестал такими эпитетами, что они и сегодня вызывают протест.

Но именно в русском человеке Достоевский отыскал общечеловеческое начало, которого не увидел в других народах. Русские – народ-собиратель, первооткрыватель и учёный начиная с самого последнего мужичка в деревне. Мало ли таких персонажей нам вырисовали В.М. Шукшин, а ранее М.А. Шолохов? Неправ был Пушкин, когда сказал, что русские ленивы и нелюбознательны. Ленивые не дошли бы до Аляски и в космос не вышли. И на «социалистический эксперимент» не рискнули бы.

Достоевский видел в русских людях тот народ (это его идея), который объединит под религиозным христианским православным знаменем всё человечество. Русский всех любит, обо всех беспокоится, всем помогает, даже в ущерб себе.

Можно, конечно, всё это опровергать, но факты вещь упрямая. Русские живут не для себя, а для того, чтобы преподнести человечеству некий великий урок. И мы, коммунисты, имеем все основания полагать, что наш народ эту миссию уже выполнил.

А как же быть с другими народами? Им должно быть обидно, что русские, по Достоевскому, – общечеловеки. Другие народы отличаются от нас тем, что не прошли двух школ воспитания – православия, которое учит в любом человеке видеть брата или сестру, и советского интернационализма, которое учило тому же, но с других идеологических позиций.

А какую школу прошли или проходят другие народы? Школу капитализма. Всё худшее, что можно было говорить о капитализме, давно уже сказано. Но в столь оголённом виде, как в наши дни, он ещё не представал перед человечеством.

Казалось бы, давно уже нет СССР. Ушли в прошлое идеологические причины противостояния разных общественных систем. Русские оголились перед всем миром как военная держава – оставили военные базы за границей, раскинули руки: мы мирные люди, мы хотим дружить!

И чем ответил нам Запад? Он подменил идеологическое противостояние национальным. Разумеется, в интересах войны, в интересах производителей оружия. Не может капитализм не воевать! Ему нужен враг. Им назначены русские.

Вот почему национальный вопрос в современном мире особенно острый, и его актуальность будет лишь возрастать.

Нас будут всё более и более демонизировать. А мы умеем любить, дружить (оставим горбачёвское предательство за скобками) и не умеем долго ненавидеть. Даже к своему собственному капитализму уже привыкли. Смирились с богачами. Они наши, куда их девать? Смирились с возвратом общества к системе эксплуатации. Смирились с мещанством, про которое Александр Блок писал: «Отойди от меня, сатана!» Куда годится такое смирение?

Нас Запад запросто съест. Посмотрите на Украину. Многие люди там ненавидят русских на самом низком и опасном уровне – бытовом. А мы всё твердим о братском народе… И дело, конечно, не только в Украине.

К чему я призываю? Всех ненавидеть? Нет, ненавидеть нужно лишь тех, кто этой ненависти достоин, т.е. заработал её. Ненависть – не лучшее из человеческих качеств, но ничто человеческое не должно быть чуждо и нам. Ленин писал, что ненависть слепит, но также подчёркивал, что заслужить ненависть буржуазии – подвиг (см.: т. 20, с. 145).

И ещё важный момент. Отсутствие ненависти лишает человека, партию, класс энергии борьбы.

Напомню стихи Н.А. Некрасова: «То сердце не научится любить, которое устало ненавидеть».

Н.Ф. БОНДАРЕНКО

Эта статья в PDF-версии газеты «Родина» от 28 марта 2019 года на сайте ЦК КПРФ,  а также  на сайте Ставропольского крайкома КПРФ.

Ваш электронный адрес не будет опубликован.

двенадцать + 18 =