Газета «Родина». Из дневника политработника

Психологи утверждают, что всё то, что кажется человеку сугубо личным, является в то же время и наиболее общечеловеческим. Эта мысль особенно вдохновляет писателя, когда он обращается к каким-то своим личным воспоминаниям. В этом случае он рискует предстать перед читателями или в качестве предмета критики и насмешек, или, напротив, может проявить себя человеком оригинальным, по крайней мере, достойным внимания.

С этими сложными чувствами я и приступаю к своим воспоминаниям 90-х годов — самого драматичного периода в советской истории нашей страны.

В 1987 году после успешной защиты диссертации на соискание ученой степени кандидата педагогических наук я был направлен из Ставропольского военного училища связи в Пермское высшее военное Краснознаменное училище Ракетных войск стратегического назначения на должность начальника кафедры истории КПСС и партийно-политической работы. Моё становление в этой должности проходило довольно успешно. До начала 90-х годов мне было присвоено воинское звание полковник, присвоено учёное звание доцента, я даже успел получить за подписью президента М.С. Горбачёва орден «За службу Родине в Вооружённых силах СССР» III степени. Более того, я возглавил совет офицерского собрания военного училища и уже подумывал о продолжении военной карьеры в Военно-политической академии имени В. И. Ленина в Москве.

Но тут грянули 90-е годы. Можно пересказать свои главные переживания в те годы по оставшимся воспоминаниям. Их можно сжать до самых существенных обобщений. Главное состояло в том, что стремительного крушения Советского Союза в обществе тогда никто не ожидал и не предполагал. Я был членом Бюро Ленинского района г. Перми и могу утверждать, что никаких антисоветских настроений в городе не существовало. Да что там говорить, никакого антисоветского движения не было и в помине. Были недовольства снабжением города продуктами, но речи о свержении Советской власти не шло. Да, иной раз по городу ходили немногочисленные экзотические группы людей с плакатами «Долой 6-ю статью Конституции СССР!», но никто не требовал отказа от советской власти или ликвидации СССР.

В самом же Пермском военном училище Ракетных войск стратегического назначения офицеры отличались исключительной преданностью советской власти. На несколько сотен офицеров нашлось лишь двое человек, которые «бузили» по поводу демократизации армейских порядков, но не более того. Мы их приглашали на совет офицерского собрания, разбирались по существу их недовольства и приходили к единодушному выводу, что у этих товарищей просто «крыша поехала» от неожиданной дозволенности.

Но бесспорным было другое — ожидание общественных перемен. Все предполагали какие-то существенные изменения в обществе в лучшую сторону, но в чём они должны были состоять каждый мыслил по-своему. Сознание людей определялось фразой М. Горбачеёа: «Больше демократии, больше социализма». Вот и вся «оппозиционность» того времени, которая осталась в памяти.

Таким образом, советская власть в начале 90-х годов имела прочную опору в народе и в армии, никто её не свергал, её в итоге просто предали, дезориентировав сознание доверчивых советских людей.

Однако одно дело общие воспоминания и совсем другое — дневник, который я вёл и веду большую часть своей жизни. Дневники — это записи «для себя», или письма самому себе. Ныне это почти умерший жанр в отечественной публицистике. И это вообще-то достойно сожаления.

Конечно, изначально дневники пишутся для себя, но с годами время, отражённое в них, как бы каменеет, и дневники превращаются в документы истории. На них, говоря словами А. И. Герцена, «запеклась кровь событий, это само прошедшее, как оно было, задержанное и нетленное».

Вооружившись этими предварительными замечаниями, я приведу некоторые свои дневниковые записи 90-х годов, почти не корректируя их, дабы сохранить дух времени.

Первомай-93. Ныне он называется праздником мира и труда. Выступал на митинге в училище, сказал, что у нас три проблемы — бездуховность, разобщенность и антипартийность. Отметил, что были времена, когда в этот день алела от флагов вся улица. Теперь же мы, почти по Ленину, идём вперед тесной кучкой, а на нас со всех сторон сыплются камни и проклятия.

Слушали плохо, видимо, не то говорил. А я думал: будет ли праздник на нашей улице вновь? При моей жизни вряд ли.

Посмотрел ТВ: в Москве ранено на 1 Мая 70 человек. ОМОН против рабочих работал исправно, теперь бы ему мафию победить. В СМИ идет травля коммунистов, утверждают, что события 1 Мая — это спланированная провокация. Заявляют, что коммунисты — это люди, которые не поняли ничего. По «Маяку» было заявлено, что 20 тысяч собравшихся в Москве на 9 Мая — это и народом назвать нельзя. Каково? Это вы, господа демократы, ничего не поняли и ведёте дело к новой революции.

Меня — в замполиты училища? 14 мая ко мне приходил Ю.В. Цветков — начальник политического отдела училища. Ему нужно предложить в Москву кандидатуру на свою должность. Он хочет назвать мою фамилию. Сказал ему, что я не подхожу на эту должность: нет должного опыта службы в РВСН. К тому же я очень мягкий, а тут нужен человек диктаторского склада. Но он остался при своём мнении…

Спор с дочерью. 15 мая. Дочь начала меня обвинять в отрицании того, что и при капитализме есть хорошие люди. Но я этого и не отрицал никогда. Лишь порекомендовал ей прочесть статью Ю. Власова, напечатанную в газете «Правда», где он утверждает, что Великий Октябрь — это попытка человечества найти другие пути развития, кроме катастрофического — строя, основанного на эгоизме.

Больно, когда дети придерживаются иных политических взглядов.

Выступление по проекту Конституции. 27 мая выступал на собрании РКРП с докладом о проекте ельцинской Конституции. Я её охарактеризовал как риторическую, монархическую (по правам и полномочиям президента), капиталистическую: нет права на труд, он — свободен; нет права на жилье, бесплатное образование и т. д. Слушали с большим вниманием и наградили аплодисментами.

Это радостно, что военный человек с интеллектом ценится так высоко. Было много вопросов, с которыми я легко справился. Об армии сказал, что она, похоже, и не опора для власти, но и не надежда для людей труда. Кажется, перегнул палку.

Где деньги, Зин? 28 мая — весь день идёт дождь, и настроение соответствующее. Плюс денежное довольствие не дали. А с 1 июня, как говорят, цены возрастут ещё вдвое. Значит, мы получим вдвое меньше денег, чем могли бы получить сегодня. Как тут спокойно относиться к этой капитализации и не быть коммунистом?

Но слышал, как один майор доказывал, что во всём виновен Верховный Совет, а Ельцин — хороший.

Любить людей. 23 июля возил нашу собаку на прививку. Дело не долгое. Запомнилась женщина, которая привезла на усыпление маленькую собачку или кошечку — не разобрал. Она плакала, как о человеке.

Потом случайно возвращался с нею вместе в автобусе. Она прижимала к себе мертвое тельце и рыдала. А я думал и вздыхал, глядя на неё: ах, если бы люди любили так же друг друга, как иной раз они любят животных.

Чудеса политики. 2 сентября стало известно, что президент Ельцин отстранил от должности вице-президента А. Руцкого. Было ли что-то подобное в мире? Как можно было подобрать себе такого «вице», с которым невозможно работать? Но люди на это сообщение не отреагировали никак.

Громыхнуло. 22 сентября Ельцин издал указ о роспуске парламента и назначении новых выборов. В ответ Верховный Совет назначил президентом А. Руцкого и назначил новых министров. Но думаю, что Ельцин всех раздавит. «Парламентский час» закрыт. Кажется, в своем прогнозе я буду прав. 23 сентября новый начальник училища зачитал обращение Ельцина и Грачёва к воинам, чтобы никто не слушал Руцкого, Ачалова и Верховный Совет — его нет, он — распущен.

24-е — в стране напряжёнка: Белый дом в осаде, Хасбулатову предъявлен ультиматум — сдать оружие. Была попытка захватить здание командования СНГ, но неудачная. Погиб капитан милиции и от шальной пули одна женщина. «Радио России» преподносит защитников Белого дома как бандитов. Ельцин же — герой! Чудеса, нарушитель Конституции — герой!

28 сентября — Верховный Совет вот-вот падет. Депутаты перебегают к Ельцину, не сдаются лишь самые стойкие. Руцкой заявил, что лучше умереть, чем подчиниться нарушителю Конституции. Я сказал о ситуации в стране на одной из лекций курсантам и получил ответ, что деньги им выдали, значит, проблем нет. Каково? Поступил приказ, что офицеров будут увольнять за публичные оценки политики…

(Продолжение в следующем номере)

Николай БОНДАРЕНКО,

главный редактор газеты «Родина».

Эта статья в PDF-версии газеты «Родина» от 22 ноября 2018 г.  на сайте ЦК КПРФ,  а также  на сайте Ставропольского крайкома КПРФ.

Ваш электронный адрес не будет опубликован.

шестнадцать − пять =